Стратегическое положение Кьоджи сделало ее ареной самой страшной войны в венецианской истории — страшной не как боевик, а как триллер. В 1379 году Кьоджу и Лидо захватили генуэзцы, злейшие враги Венеции. Город оказался отрезан как от своих военных галер (адмирал Карло Дзено был послан атаковать генуэзцев на море, и вот уже восемь месяцев никто не знал, где он), так и от пищи (дороги на север были блокированы венгерским королем). К концу 1379 года была объявлена тотальная мобилизация; на кампаниле Сан-Марко поставили пушку, лавочники учились грести и стрелять. Под давлением народа из тюрьмы выпустили популярного капитана Веттора Пизани, и он придумал перекрыть врагу пути сообщения, затопив вокруг Кьоджи баржи, груженные камнями. Это было сделано самой длинной ночью года — 22 декабря, но могло лишь отсрочить трагическую развязку. Спасением могло быть только появление Дзено. И этот прирожденный авантюрист, пират на государственной службе, в юности беспутный студент, пьяница и дуэлянт вернулся — в самый последний момент. Рано утром 1 января 1380 года на горизонте появился его парус; все четырнадцать галер возвращались без потерь, с огромной добычей, разгромив генуэзский флот на просторах от Лигурии до Сицилии. Венеция была спасена, война в Кьодже начата и победоносно закончена, а генуэзский комендант убит — обломком кампанилы, рухнувшей от ядра венецианской пушки.

Франческо Морозини был человеком исключительной решимости, однако долгое время ему приходилось обороняться, а не нападать: 21 год во время самой длинной в мировой истории осады (1648-69) он со своим гарнизоном держался в Ираклионе — последнем городе Крита, не сдававшемся туркам. Анекдоты рисуют адмирала эксцентриком, всегда одетым с головы до ног в красное и всегда, даже в битве, в сопровождении своего любимого кота. Ираклион ему пришлось сдать, но в 1684 году он взял реванш, с налету отвоевав у турок почти всю материковую часть Греции. (Этому, правда, были не рады сами греки, чью православную религию турки терпели, а венецианцы вряд ли стали бы.) После этого Морозини был избран дожем. Он считал себя защитником последних форпостов христианства в Средиземном море, но парадоксальным образом в истории остался как человек, разрушивший основы европейской цивилизации. Именно по его приказу в 1687 году был выпущен пушечный заряд по турецкому складу оружия на территории афинского Акрополя, и то, как выглядит Парфенон сегодня, есть результат не времени, но именно ядер Морозини. Еще он был большим любителем трофеев и мечтал послать в Венецию фигуру Посейдона с фронтона Парфенона, но не сумел ее отодрать (она распалась на куски). Грецию же Венеция окончательно потеряла уже в 1718 году.